Пираты с Туманного Альбиона

Пираты с Туманного АльбионаПиратство существует с незапамятных времён. Разбой на водных торговых путях был головной болью ещё для древнегреческих, финикийских и римских мореходов. Но почему-то наибольшую известность приобрели именно британские пираты Нового времени. Возможно, по той причине, что образ идущего с кривой саблей на абордаж пропитого, прокуренного и просоленного всеми морскими ветрами головореза столь явно контрастирует со стереотипным чопорным и во всём правильном англичанином. Это всякий раз делало подобные типажи объектом особого внимания пишущей авантюрно-приключенческие произведения братии. Может быть, пираты с Туманного Альбиона были особенно удачливы, сохраняя даже в столь сомнительном ремесле присущий британцам ясный и аналитический ум. Кто знает. Во всяком случае, судьбы у них были разными. Одни, как Дрейк и Кавендиш, верша свои пиратские дела, совершили кругосветные плавания. Другие, подобно Моргану, сколотили на морском грабеже изрядное состояние, позволившее их предприимчивым потомкам стать заправскими капиталистами. Но большинство из них закончило жизнь на виселице, в корабельной баталии или вовсе уж в пьяной драке в какой-нибудь захудалой таверне. Особенно часто участь английских пиратов стала становиться печальной с того времени, когда они повадились вершить свои сомнительные дела, идя вразрез с интересами английского же судоходства или королевской дипломатии. Владычица Морей явно не пожелала терпеть подобного произвола своих подданных.

Рекордная кругосветка Томаса Кавендиша

9 сентября 1588 года в порт Плимут вошёл необычный корабль под пирамидой алых шёлковых парусов. Его мачты были обтянуты атласом, штандарты - с золотым и серебряным шитьём. То был только что вернувшийся из кругосветного плавания парусник "Стремление" под командованием Томаса Кавендиша. Поглазеть на невиданное, словно из сказки, зрелище сбежалась огромная толпа. Матросы сошли на пристань облачённые в роскошные восточные наряды, у каждого в ушах болтались драгоценные серьги, на шее красовалась золотая цепь, а на грязных пальцах сверкали перстни с рубинами и изумрудами. Кавендиш и его матросы совершили третье в истории кругосветное плавание, обогнув земной шар за два года и пятьдесят дней. Это был рекорд скорости для того времени, который продержался целых двести лет...

Томас Кавендиш родился в семье землевладельца в Суффолке, где его отец владел поместьем. Томаса с детства тяготила спокойная жизнь в сельской глуши. Ему хотелось приключений, славы и денег. Он получил образование в Кембридже, стал образованным вельможей, но продолжал мечтать об открытиях новых земель, где золото буквально валяется под ногами, и о морских приключениях. Мечта привела к тому, что физически крепкий и амбициозный юноша завербовался в английский королевский флот, а когда понял, что хорошо освоил профессию моряка, отправился пиратствовать в Карибское море. Он успел поплавать на нескольких флибустьерских кораблях, после чего с награбленным добром вернулся на родину. Но в покое ему не жилось. Кавендишу не давала покоя слава Френсиса Дрейка, соотечественника, совершившего вслед за Фердинандом Магелланом кругосветное путешествие. Томас, следуя примеру Дрейка, получил каперский патент, дававший право грабить корабли противников Англии, и решил отправиться в кругосветное плавание.

Он приобрёл три небольших, но быстроходных кораблика - "Стремление", "Удовлетворение" и "Красавчик Хью", - нанял 123 бывалых моряка, часть из которых плавали вокруг света с Дрейком, и в июле 1586 года отправился в путешествие. В августе была сделана остановка в Сьерра-Леоне, где пираты совершили первое нападение на мирных жителей. От берегов Африки они отправились через Атлантику, в сторону Бразилии и Магелланова пролива. Памятуя наказ королевы Елизаветы I, вложившей немалые деньги в предприятие Кавендиша, моряки наносили на карты неизвестные острова, благоприятные течения и контуры побережья. В районе Рио-Гальегос кораблики, водоизмещение самого большого из которых было всего 60, а самого маленького - 20 тонн, настигла изрядная буря. Переждав её в тихой бухте, мореходы устремились в пролив, где их ждала неожиданная встреча.

После того, как Френсис Дрейк сумел через Магелланов пролив проникнуть в Тихий океан, король Испании приказал построить в проливе форт и таким образом запереть его. На скалистый берег высадили 400 солдат, и строительство началось. Земля была неподатливой, климат суровый. Вопреки всему испанцам удалось построить форт, который они назвали Городом короля Филиппа. Помимо солдат, там остались колонисты, среди которых были даже женщины. Однако колония в проливе смогла просуществовать лишь два года. Вырастить что-либо на каменистой почве было невозможно, охотиться было не на кого, а рыба в проливе не водилась. Кончились продукты, дрова. Деревьев на острове не было, поэтому приходилось собирать брёвна, которые приносило к берегу море. Начались болезни - цинга и дизентерия, - а тут ещё и индейцы начали нападать на форт. На родине о маленьком гарнизоне забыли, ведь испанцы готовили к походу против англичан Непобедимую Армаду, им было не до подобных "мелочей". Когда мимо форта, лавируя в узком фарватере, проходили корабли Кавендиша, там оставалось всего двадцать человек, голодных, уставших и одетых в жалкие лохмотья. Они отчаянно махали руками, вставали на колени и умоляли взять их с собой в качестве проводников. Англичане сжалились над несчастными и взяли их на борт, не забыв прихватить испанские крепостные пушки крупного калибра.

Тихий океан, который тогда частенько называли "испанским озером", поскольку пиренейская держава считала его своей вотчиной и явно там господствовала, встретил корабли Кавендиша очередной бурей. Выдержав борьбу со стихией, каперы подошли к побережью Чили. Там, продвигаясь на север, они грабили и пускали на дно встречные испанские торговые суда, нападали на городки и посёлки на побережье, сжигая их дотла. Кавендиш при этом любил повторять: "Мёртвый уже не выдаст". Трюмы корабликов быстро наполнялись захваченными богатствами. Но флагманский парусник "Стремление" нуждался в ремонте.

Выбрав укромную бухту, корабль вытащили на берег. Команда принялась менять обшивку прогнившего днища парусника. "Красавчик Хью" и "Удовлетворение" несли вахту у входа в бухту. Но опасность пришла с другой стороны. Отряд из 300 испанцев и союзных им индейцев напал с суши. Отбить атаку удалось лишь благодаря артиллерии пришедшего на помощь "Красавчика Хью". Испанцы и краснокожие отступили на несколько миль и расположились там лагерем, готовясь к новой атаке. Каведиш решил нанести упреждающий удар. Во главе 70 моряков он внезапно напал на лагерь противника и после ожесточённой схватки обратил его в бегство. Однако победа дорого обошлась англичанам. В двух стычках они потеряли более сорока человек. Поэтому когда "Стремление" спустили на воду, "Красавчика Хью", как самый маленький корабль экспедиции, затопили, чтобы доукомплектовать его экипажем команду флагмана.

Кавендиш вновь устремился на север и дошёл с двумя кораблями до самой Калифорнии. При захвате очередного "торговца" к пиратам в плен попал испанец-полукровка провансальского происхождения Михаэль Санциус, опытный лоцман, проходимец и авантюрист. Он любил повторять, что испытывает почтение только к тому монарху, чьё изображение видит на монетах в своём кошельке. Санциус рассказал каперам о манильском галеоне, который ежегодно перевозил с Филиппин в Мексику несметные сокровища. Не только рассказал, но и ухитрился выторговать себе двадцатую часть будущей добычи.

Поджидая галеон, англичане потопили ещё несколько испанских судов, а также разграбили и сожгли порт Акапулько. Наконец, 4 ноября 1587 года у берегов Калифорнии был замечен огромный парус. Пираты устремились в погоню за желанным призом. Вскоре они настигли вооружённый 70 пушками галеон "Санта Анна", чьё водоизмещение превышало 700 тонн, а толщина бортов достигала одного метра. Ожесточённый бой продолжался пять часов. Англичане дважды шли на абордаж, но испанцы успешно отбили эти атаки. В конечном итоге Кавендиш приказал пустить в дело трофеи из форта в Магеллановом проливе - крупнокалиберные крепостные пушки. Их ядра пробили борт манильского галеона ниже ватерлинии, и тот начал крениться. Испанцы выбросили белый флаг.

На "Санта Анне" пираты захватили огромную добычу: более 120000 монет, ларцы с драгоценными камнями, слитки золота и серебра, китайские шелка, жемчуг и фарфор, благовония и другие ценности. Трюмы английских корабликов не могли вместить всей добычи. Поэтому пришлось брать лишь самое ценное. Кавендиш отбуксировал гигантское судно к пустынному берегу бухты Порто-Сегуро, где высадил экипаж и пассажиров "Санта Анны". Как и обещали, англичане снабдили их парусами для пошивки палаток и досками для постройки баркаса. Сам тихоходный галеон, в трюмах которого ещё оставалось множество всевозможных ценностей, пиратам был явно ни к чему. Поэтому они подожгли его и, сделав прощальный выстрел из пушки, устремились в открытый океан.

Не успели корабли Кавендиша скрыться за горизонтом, как поднялся сильный ветер и погнал горящий галеон к берегу. Помощник штурмана Себастьян Виччиано во главе дюжины матросов вплавь добрался до "Санта Анны". Хлынувший ливень помог им погасить пламя. Испанцам удалось починить корабль. Они разгрузили трюмы, демонтировали обгоревшую верхнюю часть корпуса, разобрали внутренние переборки и нарастили из них борта. После этого на единственной уцелевшей мачте подняли паруса, и часть моряков во главе с Виччиано сумели доплыть до испанских поселений в Мексике. Оттуда за оставшимися в Калифорнии людьми и спасённым грузом колониальные власти послали корабли. Себастьян Виччиано получил благодарность от самого короля Филиппа II и стал большой знаменитостью в Испании и её американских колониях.

Пираты же начали делёж добычи. Моряки с "Удовлетворения" сочли себя обделёнными, и Каведишу пришлось увеличить их долю. После этого корабли вновь подняли паруса. Все расходы на экспедицию окупились сторицей. Можно было возвращаться домой. Но в первую же ночь "Удовлетворение" покинул своего флагмана. Пришлось "Стремлению", на борту которого находилось 48 моряков, возвращаться в Англию в одиночестве.

Кавендиш повёл корабль по пути, проложенному Дрейком: через Гуам, Филиппины, мимо Явы и Суматры, через Индийский океан, после чего, обогнув мыс Доброй Надежды, вдоль западного побережья Африки можно было идти к Туманному Альбиону. Три месяца ушло на то, чтобы достичь мыса Доброй Надежды. Там "Стремление" застиг страшный шторм - не случайно первоначально место это называлось мыс Бурь. Но стихия уже не страшила. Дом был близок. Все понимали: ещё немного усилий, всего каких-нибудь два месяца - и они обретут твёрдую почву под ногами. Кончатся мучения - голод, жажда, - и вновь можно будет вдоволь есть свежее мясо вместо опостылевшей червивой солонины и свежий хлеб вместо прогорклых сухарей, вдоволь пить не только воду, но и вино. Награбленного хватит на всех...

Дома Кавендишу опять не сиделось. Он промотал изрядную часть захваченного в походе добра, после чего решил вновь организовать кругосветное плавание. Заняв деньги, Кавендиш снарядил экспедицию из пяти кораблей во главе с "Лейчестер галеоном". В августе 1591 года они отплыли в сторону Южной Африки. Но на этот раз удача покинула мореплавателя. Пройти через Магелланов пролив не дали шторма. Флагман отделился от остальной флотилии и направился обратно в Бразилию. В этом плавании Каведиш умер, проклиная своих людей как изменников. На момент смерти ему было всего 32 года.

Везунчик Генри Морган

В честь этого пирата назван знаменитый ром "Кэптэн Морган Блэк Лэйбл". Он же послужил прототипом для капитана Блада из романа Рафаэля Сабатини. Награбленное им добро стало основой процветания династии американских промышленников и предпринимателей Морганов, которые отнюдь не скрывают, что их предком был известный пират и авантюрист. Генри Морган был весьма удачливым пиратом, который, несмотря на проявляемую порой вопиющую беспринципность, был наделён несомненным даром полководца, и которому всегда фантастически везло. На портретах своего времени он выглядит как рыжеволосый франт с остриженной клинышком бородой, суровым и обветренным лицом и равнодушным, сверлящим до самых костей взглядом.

Родился Генри Морган в 1635 году в герцогстве Монмут, в Уэльсе, в семье весьма преуспевших в своём деле крестьян и землевладельцев. С детских лет Генри мечтал о море и приключениях, и когда ему исполнилось восемнадцать лет, отправился на подвернувшемся торговом судне в Вест-Индию. В соответствии с существовавшей тогда практикой, в качестве платы за проезд в Новый Свет, он сначала проработал пять лет на плантациях на острове Барбадос. Позже, став знаменитым, Морган предпочитал отрицать, что работал на плантациях, приговаривая: "Никогда ни у кого не был в услужении, а лишь на службе у Его Величества покойного короля английского". В 1658 году Генри перебрался с Барбадоса на Тортугу, где вступил в шайку морских разбойников, в которой долгое время ничем особенным не выделялся.

Перемены в его до того незамысловатой судьбе начались в 1664 году, когда уроженец Уэльса узнал, что его дядя, полковник Эдвард Морган, стал вице-губернатором Ямайки. Молодой человек с первой оказией отправился на остров, служивший главным форпостом для британских пиратов. Благодаря протекции доброго дядюшки ищущий новых приключений Генри стал капитаном и владельцем корабля водоизмещением 50 тонн с экипажем из тридцати человек. Одним из его первых пиратских свершений на командной должности стал совместный с капитанами Моррисом и Джекманом захват у мексиканского побережья испанских шаланд с драгоценным кампешевым деревом. Впрочем, эта удача могла стать последней. Захватив шаланды, пираты высадились на берег, чтобы разграбить испанское селение Вилья-Эрмосе в двенадцати лье от побережья. Вернувшись, флибустьеры обнаружили отряд из 300 испанцев, захвативший их корабли. Искателей приключений спасло то, что пошёл проливной тропический дождь. Порох у испанских мушкетёров отсырел, а в рукопашной схватке пираты бились с отчаянием обречённых и сумели обратить противника в бегство. Заняв свои корабли, англичане поспешили удалиться от негостеприимного берега.

Незадолго до нового 1666 года Генри Морган получил предложение, от которого был не в силах отказаться. С ним встретился адмирал британских флибустьеров Эдвард Мансфилд и предложил стать своим заместителем. Стать вице-адмиралом под началом прославленного мореплавателя было высокой честью, и Морган ответил согласием. Вскоре ясным январским утором 15 кораблей под началом старого адмирала и его амбициозного заместителя вышли в море. Из Лондона был получен приказ: нанести удар по заморским владениям Голландии, с которой Англия находилась в состоянии войны. Однако на четвёртый день плавания пираты решили разграбить испанский остров Санта-Каталина. Взятие острова оказалось пустячным делом, но грабить там было особо нечего, из-за чего разочарованные люди Моргана взбунтовались. Поэтому Мэнсфилд отправил своего помощника со товарищи назад на Ямайку. Там, в островной столице Порт-Ройал, рыжий пират построил дом и обзавелся семейством, женившись на своей дальней родственнице Елизавете Морган. На свадьбу было приглашено полтораста человек, а в тавернах города-порта любой желающий мог пить за здоровье брачующихся.

Затем последовала целая череда знаменательных событий. На Тортуге старый адмирал Мансфилд умер при странных обстоятельствах. Поговаривали, что он был отравлен. Затем ямайский губернатор Томас Модифорд произвёл сэра Генри в адмиралы, и тот во главе эскадры из трёх британских и шести французских кораблей поспешил разграбить испанский порт Пуэрто-дель-Принсипе, расположенный в глубине острова Куба. Затем произошло нечто весьма неординарное. На пришедшем из митрополии на Ямайку 36-пушечном корабле "Оксфорд" была устроена грандиозная попойка. Канониры, бегавшие в трюм за порохом для торжественных залпов, успели изрядно накачаться спиртным. В конечном итоге один из них оказался в пороховом трюме с ещё тлеющим фитилём. Раздался оглушительный взрыв, и "Оксфорд" взлетел на воздух. Погибло около двухсот человек. Шлюпки стали вылавливать из воды немногих уцелевших, среди которых оказались Морган и командир "Оксфорда" капитан Колпиер. Везение вновь не изменило авантюрному уроженцу Уэльса.

Вскоре после этого рыжий пират со своим флибустьерским войском совершил поход на Маракайбо. Жители, сумевшие вовремя отреагировать на появление англичан, попрятались в окрестных болотах. Те, кто не успел, должны были пережить пятидневный ужас разграбления. Пираты забрали утварь даже из церквей. С красивых женщин Морган денег не брал, поскольку им и так было чем заплатить. Однако выход в море вдоволь покуражившимся разбойникам перекрыли три многопушечных испанских корабля. Пиратам было предложено заплатить выкуп и убраться восвояси. Однако корсары упросили своего предводителя послать испанцев ко всем чертям. И тогда Морган придумал хитрую уловку. Один из пиратских кораблей начинили порохом, на палубе рассадили целое воинство чучел в треуголках и с бутафорскими саблями. Снаряжённое небольшим экипажем судно в сумерках атаковало испанцев. Те решили, что дерзкий пират решил идти на абордаж, сами с ним сблизились и набросили на его борта абордажные крюки. С высокого борта своего галеона испанцы спрыгивали на палубу пиратского кораблика и вступали в бой. Флибустьеры быстро пришли в замешательство и попрыгали за борт. Удивляться тому, что они остались в окружении чучел, испанцам пришлось недолго. Раздался оглушительный взрыв, от которого детонировали пороховые погреба галеона, и тот тоже взлетел на воздух. Второй испанский корабль после этого выбросился на берег, а третий был захвачен флибустьерами, изрядно пополнившими свой багаж трофеев.

Столь блистательная тактика вызвала неподдельное восхищение испанского гранда Мануэля Пардала. Он настолько проникся уважением к Генри Моргану, что решил вызвать предводителя пиратов на рыцарский поединок. Капитан Пардал оповестил всю общественность Карибского бассейна о том, что готов скрестить шпаги с сэром Генри. Судьбе было угодно, чтобы вскоре потенциальные дуэлянты встретились в устье реки Чагрес, где флибустьеры положили глаз на лакомую крепость Сан-Лоренсо. Судя по всему, испанский дворянин действительно обнажил свою шпагу. Однако Морган состязаться с ним в искусстве фехтования не стал. Мануэля Пардала нашли на поле боя с простреленной из мушкета шеей.

Валлиец продолжил урожайный для себя 1668 год разграблением города Портобело. Морган поставил корабли на якорь у побережья, пересадил своих головорезов на индейские каноэ, и через некоторое время вышел к городу со стороны суши. Успевшие запереть город испанцы под предводительством храброго коменданта сопротивлялись, что было сил. Несколько попыток штурма было отражено. И тогда Морган проявил вероломство, неслыханное для той набожной эпохи. Он приказал переловить монахинь из окрестного монастыря и заставил их подносить своим воякам лестницы. После того как город был захвачен, "живой щит" попросту перерезали. Две недели пираты грабили город и до полусмерти напивались в местных кабачках. Восвояси они убрались лишь после того, как губернатор Панамы прислал им выкуп в размере 100 тысяч пиастров. В приложенном к выкупу письме чиновник наивно осведомился как это Морган без пушек и правильной осады сумел захватить город. Он также попросил пирата прислать образец своего секретного оружия. В ответ Морган с тем же курьером отправил губернатору пистолет с несколькими пулями и обещание лично объяснить, как им пользоваться. Приблизительно через год.

Действительно, через некоторое время сэр Генри решился на свою самую значительную авантюру: он задумал захватить город Панаму, являвшийся своего рода большим транзитным складом для золота и драгоценностей из ограбленного испанцами Перу. Морган в тайне загодя разослал по самым злачным местам Ямайки вербовщиков, которые от его имени предлагали пиратам принять участие в неком мероприятии. Среди прочих пропащих душ в его войске в итоге оказались и обычные белые переселенцы, и бывалые морские разбойники и даже загонщики быков. 18 января 1671 года могучий флот из 28 английских и 8 французских кораблей, на которых было 1 846 человек, отправился в плавание. Для того чтобы обеспечить себе безопасный тыл, пираты сначала разграбили остров Провиденс и вновь взяли штурмом форт Сан-Лоренсо. Заодно среди индейцев они завербовали проводников, хорошо знавших Панамский перешеек. Морган решил повторить свой коронный номер и выйти к городу со стороны суши. Однако испанская разведка сработала на редкость чётко. В деревенских садах на перешейке были оборваны даже незрелые плоды, скот отогнан на самые дальние пастбища. В итоге обходной маневр флибустьеров превратился в голодный марш. Они вышли в путь, взяв побольше боеприпасов, но без провизии. Головорезы Моргана крошили в лапшу кожаные ремни и сумки, разминали их камнями и варили их с корнями и листьями в болотной воде. Разумеется, страдая после этого от несварения желудка. На девятый день пиратам повезло. На пути им попалось небольшое стадо коров. Поскольку город Панама был уже близок, и дым от костров для приготовления пищи мог послужить демаскирующим фактором, несчастных животных съели сырыми.

Какое-то время испанцы отсиживались за стенами, но затем решили дать бой на открытой местности. Из города вышла кавалерия, сверкавшая на тропическом солнце своими начищенными до зеркального блеска кирасами. Прислуга из индейцев и негров в решающий момент была готова напустить на англичан стадо из полутора тысяч полудиких быков. Но в Генри Моргане вновь проснулся талант полководца. Он построил своё войско ромбом или терцией, как он сам назвал это построение. Прикрытые с одного фланга болотом, а с другой - холмом, флибустьеры под барабанный бой медленно двинулись вперёд. Лихие атаки кирасир раз за разом разбивались об остриё терции, которая в изобилии извергала ружейный огонь. Весьма умело пущенные на британцев быки при первом же залпе разбежались по сторонам и стали мирно щипать травку. После двухчасовой баталии испанцы бежали. Пираты преследовали их буквально по пятам и сумели оседлать городскую стену. Испанский гарнизон подпалил пороховые склады, сел на большие корабли и ретировался в сторону моря. Несмотря на то, что многое сгорело в пожаре, флибустьерам досталась большая добыча.

На Ямайке адмирала ждал сюрприз. Ещё летом 1670 года Испания официально признала владения Англии в Карибском море, и стороны договорились о прекращении пиратства в отношении друг друга. До Порт-Ройала эта весть дошла лишь к маю 1671 года, но испанская корона уже настаивала на судебном преследовании Моргана. Через год Морган был арестован и отправлен в митрополию. Там к нему отнеслись вполне снисходительно. Рыжий валлиец три года прожил в Лондоне, был принят в лучших домах, а когда разразилась война с Голландией, его удостоили рыцарского звания и отправили вице-губернатором на Ямайку. В 1679 году Моргана производят в ранг верховного судьи, а вскоре он становится исполняющим обязанности губернатора и закрывает Порт-Ройал для всех пиратских судов. Население с удовлетворением встретило установившееся в городе спокойствие. Однако в 1682 году на Ямайку возвращается бывший губернатор Линч, который отстраняет сэра Генри от должности.

Остаток жизни Морган провёл в постоянных пьянках. Не дома, так в таверне. Он не уставал ругать своих противников и пил всё больше и больше. Умер Генри Морган 25 августа 1688 года совершенно больным человеком. Его похоронили со всеми почестями на городском кладбище Порт-Ройала. Спустя четыре года неустанно проклинаемая добрыми испанскими католиками пиратская столица была полностью разрушена ужасающим землетрясением. Прожорливая гигантская волна смыла городское кладбище вместе с могилой великого флибустьера. Даже безутешные домочадцы не знали всех кладов, зарытых сэром Генри на тропических островах. Искатели приключений ищут их до сих пор и, что интересно, иногда находят. Как, например, два бывших американских солдата, которые обеспечили себе безбедную старость, купив в девяностых годах недавно прошедшего века в Панаме у рыночного торговца старинную карту. Торговец даже не подозревал, что она - подлинная.

Страшная судьба капитана Кидда

Капитана Кидда казнили через повешение 23 мая 1701 года. В первый раз верёвка оборвалась, его подняли на ноги и принялись вешать снова. Когда конвульсии злополучного капитана прекратились, мёртвое тело облили смолой и обмотали цепями. В течение года висевший на пристани Тилбери у реки Темзы так, чтобы его можно было видеть с моря, труп не снимали с виселицы, и команды проходивших мимо кораблей могли лицезреть, что бывает с теми, кто идёт наперекор закону. За это время труп успел сгнить, а пираты и простые моряки в тавернах по обе стороны Атлантики всё распевали ужасную песню: "О, моё имя капитан Кидд, и я иду под парусами... Наделал я много скверных дел, и Божьи заповеди я преступил, когда я шёл под парусами. О, я прикончил Уильяма Мура... И оставил его лежать в кровавой луже за много лиг от берега, когда я шёл под парусами".

Но в жизни капитан Кидд вряд ли был столь уж великим злодеем. По словам Филиппа Госсе, "...если бы репутация Кидда соответствовала его настоящим делам, о нём забыли бы сразу же после казни". Действительно, многие морские разбойники и пиратствовали куда дольше, и захватили гораздо больше ценных трофеев, и отличались гораздо большей жестокостью. Более того, многие исследователи склонны считать, что Уильям Кидд отнюдь не стремился стать пиратом, просто так распорядилась судьба. Что же касается жестокости казни, то она объясняется, скорее всего, не стремлением воздать злодею по заслугам, а тем, что капитан слишком много знал.

Уильям Кидд родился в 1645 году в шотландском местечке Гринок в семье пастора. С самого детства он мечтал стать моряком. Много лет он ходил под парусами в Карибском море и Северной Атлантике. Во время англо-французской войны 1688 - 1697 гг. капитан Кидд стал капером. Промыслом этим он занимался честно и останавливал суда только тех стран, с которыми воевала Великобритания. У него возник широкий круг знакомств среди моряков, предпринимателей и даже государственных служащих. К 1996 году Кидд к тому же удачно женился на богатой вдове и приобрёл дом в Нью-Йорке. Ему бы, как говорится, жить-поживать и добра наживать, но капитан ввязался в очередную авантюру.

Приблизительно за год до женитьбы Кидд с известным нью-йоркским предпринимателем Робертом Ливингстоном совершил поездку в Лондон. Там они встретились с Ричардом Кутом, графом Белламонтом, который только что был назначен губернатором Нью-Йорка и Массачусетса. Втроём они разработали хитроумный план, который сочли очень и очень удачным. Троица авантюристов задумала от имени короля захватывать пиратские корабли, но вместо того, чтобы возвращать пиратскую добычу законным владельцам, оставлять её себе. Ричард Кут заинтересовал этим завуалированным пиратским предприятием несколько высокопоставленных особ из Адмиралтейства и королевского двора, а также государственного секретаря и, поговаривали, даже королеву. Очень серьёзные люди из партии вигов - первый лорд Адмиралтейства Роберт Рассел, хранитель королевской печати Джон Саммерс, государственный секретарь граф Ромни - организовали товарищество, которое должно было получать прибыль от такой необычной экспедиции.

Капитан Кидд отплыл из Лондона в мае 1696 года на 34-пушечном корабле "Эдвенчер" ("Приключение"). На руках у него было два патента. Один из них был подписан Вильгельмом III, "милостью Божьей королём Англии, Шотландии, Франции и Ирландии, защитником веры". "Верноподданному и возлюбленному капитану Уильяму Кидду" поручалось преследовать "пиратов, флибустьеров и пенителей морей". Другим патентом разрешалось пленять французские суда. Ещё один документ разрешал капитану Кидду хранить отобранную у пиратов добычу у себя на корабле, не сдавая её властям. В начале сентября у южного побережья Африки "Приключение" повстречалось с кораблём адмирала Уоррена. Последний проинформировал Адмиралтейство, что поведение Кидда ему е понравилось и показалось странным: "Эдвенчер" попытался уклониться от встречи с адмиральским судном. После этого о капитане Кидде в митрополии два года не было никаких известий.

Капитану тем временем скучать было некогда. Всё получилось как в той песне из мультипликационного фильма про капитана Врунгеля: "Как корабль назовёшь, так и поплывёт он". Кидд и команда "Эдвенчера" попали в целую полосу приключений. Стоило кораблю оказаться в Индийском океане, как бывшие пираты, составлявшие большую часть команды, начали роптать и потребовали останавливать и грабить любое встречное судно. Дело дошло до открытого бунта, заводилой которого выступил главный канонир Уильям Мур. Когда "Приключение" направилось к малабарскому побережью, на борту вспыхнула холера, унесшая почти треть команды. Матросов хоронили в море, даже не завязывая, как это было принято, в мешки. Ведь на всех мешков не хватило. Сделав остановки на Мадагаскаре, а затем на Коморских островах, Уильям Кидд сумел вновь пополнить команду. После этого "Эдвенчер" направился в Красное море, где занялся грабежом судов с паломниками, возвращавшимися из Мекки в Индию. 15 августа 1697 года "Приключение" наткнулось на индийскую эскадру, которую сопровождал корабль Ост-Индской компании. При первых же залпах британцев по пиратам, те сочли за благо ретироваться. 19 августа Кидду удалось захватить небольшое индийское судёнышко, капитаном которого был англичанин. Пираты принудили его стать лоцманом "Эдвенчера".

В начале ноября пиратам вновь повстречался корабль Ост-Индской компании. Команда запальчиво предлагала атаковать, но Кидд благоразумно счёл "жертву" слишком мощной. Пару недель спустя морские разбойники точно также проводили глазами голландское судно. Через несколько дней произошла знаменитая ссора с канониром Муром. Кидд стоял на мостике, а Уильям Мур расхаживал по палубе. В какой-то момент у них завязалась словесная перебранка. Взбешённый Кидд схватил тяжёлую дубовую бадью и швырнул её в голову Мура. Да так ловко, что канонир разом упал на палубу, обливаясь кровью. В какой-то мере этот инцидент напугал команду и позволил укрепить дисциплину, но положение капитана Кидда оставалось сложным.

Он оказался в положении отверженного. Доверия к нему не было ни со стороны пиратов, ни со стороны англо-индийских властей. Морские разбойники были наслышаны об официальной цели его плавания - превратить Индийский океан в мирное море, и поэтому избегали контактов с ним. В Индии к нему относились как к двойственной фигуре и приписывали прегрешения других пиратов. "Джентльмены удачи" охотно использовали эту ситуацию в своих интересах. Ограбив очередное судно, они во всеуслышание заявляли, что это сделал "шкипер Кидд". Это всякий раз позволяло, с одной стороны, насолить капитану из Лондона, а с другой, снять с себя ответственность.

Тем не менее, 12 января 1698 года капитан Кидд захватил свой самый богатый приз. В тот день он встретил в море принадлежавшее индийским и армянским купцам судно "Кедах Мерканте" ("Купец Кеда") водоизмещением 600 тонн, имевшее французский паспорт. Это судно направлялось из Бенгалии в Сурту, нагруженное золотом, шёлком, оружием и специями. Пираты разграбили богатый груз, а через некоторое время сожгли пришедшее в негодность "Приключение" и перебрались на борт "Купца Кеды", переименованного в "Приз авантюриста". По словам писателя Эрнесто Фрерса, это был "великий подвиг, золотыми буквами начертанный на страницах истории пиратства", но последствия сего деяния вряд ли стали для Кидда благоприятными. Великий Могол, правивший Индией в те времена, был взбешён потерей корабля со столь ценным грузом. Он грозился выгнать из Индии всех европейских купцов. Правителям прибрежных городов был отдан приказ взять выкуп и с британских, и с французских, и с голландских купцов. Французы и Голландцы пытались протестовать, доказывая, что во всём виноваты англичане, но для Великого Могола все они были на одно лицо. Британской Ост-Индской компании пришлось выплачивать компенсацию убытков, давать огромные взятки и даже взять обязательство обеспечить патрулирование Южно-Индийского моря.

В Европе тем временем произошли важные изменения. Англичане и французы подписали Рисвикский мир. Вскоре король подписал указ, в котором прощал всех пиратов, сдавшихся властям до апреля 1699 года. Исключение было сделано для двоих: Джона Эйвери и Уильяма Кидда. Для поиска и уничтожения разбойников был послан целый флот из четырёх кораблей под командованием адмирала Уоррена. Пираты были вынуждены покинуть свои базы на Мадагаскаре и уйти в открытое море. Впрочем, это не мешало им грабить встречные суда. "Купец Кеда" был захвачен как раз в то время.

В какой-то момент капитан Кидд счёл, что награбил достаточно много для своих хозяев и, терзаемый сомнениями, решил возвращаться в Карибское море. На Гаити он продал слишком приметного "Купца Кеду" и остатки товара, купив небольшой шлюп. Вскоре Уильям Кидд получил письмо от графа Белламонта. "Милый друг, - писал граф, - я совершенно не верю тем грязным сплетням, которые распространяются про вас по всему Североатлантическому побережью. С нетерпением жду момента, когда снова смогу видеть и разговаривать с вами. Без опаски приезжайте, здесь вы найдёте только верных друзей". Капитан Кидд поверил и отплыл в Нью-Йорк с подробным отчётом о своём плавании и богатым подарком для жены губернатора. Это стало началом конца. Пока в Лондоне решали, что делать с Киддом, он восемь месяцев просидел в нью-йоркской тюрьме. На ход дела не смогли повлиять даже французские паспорта "Кедах Мерканте" и "Рупарели", приложенные к отчёту. Их попросту скрыли от показательного суда.

Ужасный капитан Эдвард Тич

Несколько лет назад американские подводные археологи на дне небольшой бухты в устье реки Джеймс-Ривер, что в штате Северная Каролина, нашли под метровым слоем ила останки парусного корабля "Месть королевы Анны", которым когда-то командовал знаменитый пират Эдвард Тич по прозвищу Чёрная Борода. Руководил экспедицией Уайльд Ремсинг. Более полугода он всячески скрывал от прессы свою находку, справедливо опасаясь, что любители-аквалангисты и искатели сокровищ, а также просто любители "пиратских сувениров" мгновенно растащат не только содержимое трюмов, но и сам затонувший корабль. Но вечно хранить тайну тоже было нельзя. Когда пресса и телевидение сообщили о находке Ремсинга, толпы туристов на автомобилях и катерах буквально облепили побережье. Ремсинг же заявил, что осмотр судна подводными археологами показал, что в трюмах сохранилось множество всевозможных предметов и утвари, представляющей историческую ценность, как-то: посуда, множество бутылок из-под рома, кривые сабли, пистолеты с дорогой инкрустацией, медный секстант, пушки. Явно были видны все признаки жаркого абордажного боя.

Интерес, который вызвала находка пиратского корабля у обывателей, отнюдь не случаен. Литературоведы утверждают, что именно Эдвард Тич послужил прототипом капитана Флинта из романа Роберта Луиса Стивенсона "Остров сокровищ". Это был воистину ужасный человек. Он долгие годы держал в страхе западные берега Северной Америки: Северную Каролину и Вирджинию. Хроники сообщают, что для устрашения своих врагов Эдвард Тич вплетал в свою огромную иссиня-чёрную бороду фитили из пеньки и бросался в бой с пылающей бородой. Одновременно он стрелял из множества пистолетов, которые носил на поясе и в карманах, рычал и извергал проклятия, как сам дьявол. Всё это вкупе с его глазами, взгляд которых от природы был диким и жестоким, делало Чёрную Бороду таким страшным, что невозможно было себе представить, что в преисподней проживают ещё более ужасающие фурии.

За свою жизнь пират сменил двадцать шесть жён. Всякий раз, проведя с очередной супругой первую брачную ночь, наутро Чёрная Борода приглашал пять или шесть своих компаньонов и в его присутствии заставлял бедняжку удовлетворить их всех по очереди. Кроме своих собственных жён, это животное зачастую пользовалось "услугами" жён своих пленников и дружественных плантаторов, чей статус, судя по описаниям, мало отличался от статуса пленников. Хотя пират говорил, что его зовут Эдвард Тич и он вышел прямо из ада, некоторые исследователи полагают, что его настоящая фамилия была Драммонд и что он родился в Бристоле в зажиточной семье, получив образование, позволявшее ему бегло читать и писать. Известно также, что частенько Чёрная Борода называл себя Мстителем испанских морей. Однако за кого или за что он мстил англичанам остаётся загадкой.

Впервые в документах имя Тича упоминается около 1713 года, когда он был моряком Королевского флота и участвовал в войне с Францией. Три года спустя он уже командовал сорокапушечным кораблём "Месть королевы Анны". Неизвестны ни обстоятельства, при которых он завладел этим кораблём, ни причины, по которым Эдвард Тич объединился с пиратом Робертом Хорниголдом, занимавшимся разбоем в Карибском море и у берегов Северной Америки. Новоявленные друзья ограбили в море несколько британских и французских судов, после чего их пути разделились. Чёрная Борода захватил ещё несколько судов и исхитрился пополнить свой экипаж, который стал насчитывать 300 отпетых головорезов. На зиму его корабль пришвартовался в заливе Окракок близ города Бат, Северная Каролина. Тич хорошо понимал, что этот городок с населением из восьми тысяч человек является великолепным убежищем для кораблей, идущих из Атлантики в залив Пимлико, а колонисты готовы платить за пиратскую добычу больше, чем профессиональные скупщики на Багамах.

Начиная с марта 1718 года, Эдвард Тич вновь перешёл к активным действиям. Его шайка то терроризировала воды Гондурасского залива и окрестности острова Ямайка, то блокировала порт Чарльстон, то грабила торговые суда близ Бермудских островов. Почти всякий раз пираты захватывали богатую добычу. Лишь от губернатора Чарльстона они потребовали только медицинскую аптечку и некоторые лекарства на общую сумму менее 400 фунтов. Жители города недоумевали, почему Чёрная Борода удовлетворился столь незначительным выкупом. Впрочем, тот факт, что Тич в числе прочих медицинских препаратов потребовал ртуть, которую в те времена использовали для лечения сифилиса, наводила чарльстонцев на определённые мысли.

В порте Бат, где морских разбойников вновь встретили вполне благожелательно, Тич был готов обосноваться надолго. Эдвард Тич посетил губернатора по фамилии Иден и преподнёс ему щедрый подарок в виде шестидесяти ящиков сахара, что явно поспособствовало тому, что сие официальное лицо сочло возможным "простить" Чёрной Бороде его пиратские проступки. Вскоре пират женился на шестнадцатилетней дочери одного из плантаторов, его щедро угощало местное дворянство, а он в благодарность устраивал для них приёмы в своём только что купленном доме, стоявшем неподалёку от дома губернатора. Порой он выходил на своём пиратском корабле в море, для того, чтобы курсировать между островами и грабить встречные суда.

Зная, что мистер Иден ходит в друзьях с Тичем, владельцы торговых судов решили искать правду в соседней Виржинии. Мистер Спотсвуд, губернатор Виржинии, начал переговоры с капитанами военных кораблей "Жемчужина" и "Лима", которые бросили якорь в одном из портов провинции. Переговоры в конечном итоге принесли определённые результаты. Было решено, что губернатор наймёт два небольших шлюпа, чтобы укомплектовать их людьми с военных кораблей, а командование над отрядом будет поручено лейтенанту Роберту Мейнарду, первому офицеру "Жемчужины". Шлюпы были снабжены в большом количестве всевозможными боеприпасами, но артиллерии не имели. Кроме того, Спотсвуд издал прокламацию, обещавшую за голову капитана Тича 100 фунтов стерлингов, если "для губернатора и Совета будет очевидно, что пират действительно убит".

Несмотря на все предосторожности, губернатор Иден сумел предупредить Тича о планах, замышляемых против него. Чёрная Борода провёл ночь накануне боя, распивая вино с хозяином какого-то торгового шлюпа. 22 ноября 1718 года поутру шлюпы лейтенанта Мейнарда атаковали корабль Чёрной Бороды. После долгого преследования началась абордажная схватка. Лейтенант Мейнард предусмотрительно приказал большинству своих людей укрыться в трюмах. Пираты бросили на палубу правительственного шлюпа несколько самодельных гранат: бутылки, наполненные порохом, кусками железа и свинцовой картечью. Пока дым от взрывов не рассеялся, разбойники попрыгали на палубу противника. И тут из трюмов выскользнули люди Мейнарда, целые и невредимые, и начался ожесточённый бой. В какой-то момент Эдвард Тич едва не убил лейтенанта Мейнарда своим огромным палашом, но один из солдат вовремя разрядил свой пистолет в шею пирата. Ещё одну пулю Чёрная Борода получил из пистолета лейтенанта. Как позже утверждали очевидцы, неистовый пират продолжал драться, получив 25 ран, в том числе пять огнестрельных. Он упал замертво, перезаряжая свой пистолет.

Роберт Мейнард вернулся из похода, пригвоздив голову капитана Тича к бушприту своего шлюпа. Большинство захваченных в плен пиратов попали на виселицу. На корабле Чёрной Бороды были найдены бумаги, которые открыли всем договор, заключённый между пиратом, губернатором Иденом и некоторыми торговцами из Нью-Йорка. Разразился скандал. Но ужасному пирату до этого дела уже не было. Он был мёртв, а его сокровища покоились на одном из бесчисленных островков у побережья. Где именно, знали лишь покойник да сам дьявол.

Бартоломью Робертс по прозвищу Чёрный Барт

Родившийся в уэльском городке Хаверфордвэст известный под прозвищем Чёрный Барт пират Бартоломью Робертс в своей среде во многом слыл белой вороной. Действительно, он всегда был хорошо одет и чисто выбрит, обладал идеальным каллиграфическим почерком, очень любил музыку и поэтому всегда держал на борту музыкантов. Ему откровенно претили безжалостность, невоспитанность, пьянство и сквернословие. Он не только сам не употреблял алкоголь, но и запрещал пьянствовать команде. На его кораблях под запретом также были азартные игры и встречи с женщинами на борту. Кроме того, Чёрный Барт заставлял пиратов ложиться спать в восемь часов вечера, а нарушителей установленного режима грозил повесить на рее. Всех он поражал своей любезностью и изысканными манерами. Мало того, Бартоломью Робертс слыл религиозным человеком. Он периодически сам устраивал богослужения, а однажды, рассказывали, даже пытался уговорить священника с захваченного судна присоединиться к пиратам. Робертс говорил, что присутствие служителя Бога пойдёт им на благо: позволит укрепить их моральный дух и даст возможность спасти их заблудшие души от вечных мук. Священник отказался принять столь сомнительное предложение и предпочёл, чтобы его высадили на берег. Что и было сделано. Захватив какой-нибудь портовый городок, Робертс, надев парадную форму, под звуки трубы и барабанный бой с развевающимся "Весёлым Роджером" сходил на берег. Словно заправский полководец, он ждал, когда местные власти вручат ему ключи от покорённого города.

Несмотря на все эти причуды, а может быть и благодаря им, Чёрный Барт сумел стать самым удачливым и результативным пиратом в истории. В течение неполных четырёх лет он ухитрился захватить 456 кораблей и добычу на общую сумму свыше 50 миллионов фунтов стерлингов. При этом, что тоже выглядит почти парадоксально, пиратом он стал не по своей воле. Всё началось с того, что, выйдя из Лондона, моряк по имени Джон Робертс в должности третьего помощника капитана невольничьего судна "Принцесса" отправился в своё очередное плавание. Ему было 37 лет, и он имел безупречную репутацию. В начале 1719 года судно бросило якорь у берегов современной Ганы. Там оно было захвачено пиратскими кораблями под предводительством Хоуэла Дэвиса, тоже уроженца Уэльса. Ему удалось уговорить Робертса присоединиться к пиратам. Тот взял себе псевдоним Бартоломью и попытался извлечь максимальную пользу из скверного положения, в которое попал. Ясный и трезвый ум, бесстрашие в бою и опыт мореплавателя позволили ему снискать уважение новых товарищей.

В июле пираты попали в засаду, устроенную португальским губернатором, и Дэвис был убит. Теперь им предстояло выбрать нового предводителя. Пиратский "лорд" Генри Дэннис произнёс блестящую речь, достойную спикера британского парламента, в пользу Бартоломью Робертса. "Лорд" сказал: "Советую вам, пока мы трезвые, выбрать человека храброго и искусного в мореплавании, того, который благодаря своей рассудительности и отваге лучше других способен защитить и нас, и наше добро. Таким человеком я считаю Робертса". После этого Бартоломью был выбран предводителем. Дав своё согласие, он произнёс: "Раз уж я замарал руки и вынужден пиратствовать, лучше быть капитаном, чем простым матросом".

Первым делом Робертс решил отомстить за смерть своего земляка. Он разрушил португальский форт, захватил голландское судно и сжёг английский корабль. Затем во главе 500 пиратов на четырёх кораблях он перебрался к берегам Бразилии. Там он захватил французский 42-пушечный фрегат "Королевская добыча", который сделал своим флагманом. В дальнейшем, чтобы сбивать со следа своих преследователей, Чёрный Барт часто менял свой командный пост, переходя с корабля на корабль или давая им другие названия, так что в конечном итоге имя "Королевская добыча" в разное время носило четыре различных корабля.

Узнав, что в заливе Всех Святых находится готовая отплыть в Лиссабон флотилия из 42 торговых судов и двух 70-пушечных военных кораблей, Бартоломью спрятал в трюмах своего флагмана две трети команды, и под видом простого торговца вошёл в залив. Ночью судно Робертса незаметно подкралось к ближайшему кораблю, и пираты молниеносно без единого выстрела овладели им. Под угрозой мучительной смерти португальский капитан указал на судно с самым ценным грузом - 40-пушечный галеон "Святое семейство". Пираты столь же тихо приблизились к новой жертве и столь же молниеносно овладели этим кораблём. Они перерубили якорные канаты и, подняв все паруса, покинули залив. Когда португальцы опомнились и кинулись в погоню, было уже поздно. Эта дерзкая операция сделала Чёрного Барта знаменитостью в пиратском мире и принесла приз стоимостью минимум в 50 тысяч фунтов стерлингов. Добычей стал и предназначенный для португальского короля большой украшенный алмазами крест, с которым Робертс в дальнейшем никогда не расставался.

В дальнейшем корабли Чёрного Барта неожиданно появлялись то у берегов Канады, то в Карибском море, то близ африканского или бразильского побережья. Он одинаково охотно грабил и французские, и голландские, и португальские, и даже английские парусники. Особенно удачным стал для него октябрь 1720 года, когда в течение месяца удалось захватить и ограбить 16 французских, британских и голландских судов. В январе 1721 года Робертс после четырёхчасового абордажного боя захватил 32-пушечное голландское судно, перевозившее рабов, и ловко обманул население острова Мартиника. Проплывая мимо портов, он подавал сигналы французам, чтобы те посетили остров Святой Люции, где контрабандисты продавали невольников. В результате пираты захватили и подожгли 14 вышедших в море французских кораблей и подвергли пыткам их команды. Некоторых пленников морские разбойники подвешивали на рее и использовали в качестве мишеней для стрельбы. Весной того же года Чёрный Барт появился у берегов Африки. Несколько месяцев у берегов Сьерра-Леоне он захватывал торговые суда и занимался работорговлей. В августе он захватил либерийский город Онслоу, где находилась штаб-квартира Королевской Африканской Компании. 11 января 1722 года его пираты в порту Уайда на территории современного Бенина взяли на абордаж 11 кораблей, перевозивших чернокожих рабов.

Власти разных стран и колоний неоднократно пытались захватить знаменитого пирата живым или мёртвым. Особенно этим досаждали ему губернаторы Мартиники и Барбадоса. Сочтя их попытки чем-то вроде личного оскорбления, Робертс даже изобрёл собственный флаг, на котором изобразил себя стоящим на черепах ненавистных губернаторов. В 1722 году британские власти назначили губернатором своих южноамериканских владений известного корсара Вудса Роджерса. Ему было предписано уничтожить пиратов, о которых он знал не понаслышке. Вудс решил начать с Чёрного Барта. На его поимку он отрядил 50-пушечные фрегаты "Ласточка" и "Веймут", которыми командовал будущий адмирал Шалонир Огл. При переходе от Англии до африканских берегов их экипажи косила лихорадка, но это не убавило решимости капитана Огла. 5 февраля 1722 года правительственные корабли настигли Бартоломью Робертса у мыса Лопес в Габоне. Роковую роль для Чёрного Барта в разыгравшемся сражении сыграло то, что накануне пираты захватили богатый трофей - судно с грузом спиртного. На сей раз, удержать подчинённых от грандиозной попойки ему не удалось. Фрегаты капитана Огла расстреливали "Королевскую удачу" в течение трёх часов. Робертс погиб в самом начале боя после залпа картечи. Когда-то знаменитый пират завещал похоронить себя в море. По разным версиям именно это сделали во время перестрелки то ли сами пираты, положив своего капитана в гроб в роскошных одеждах и с крестом для португальского короля на груди, то ли уважительно отнесшиеся к нему моряки капитана Огла после того как они захватили корабль Чёрного Барта. Но существует и третья версия: он с простреленной шеей попросту упал в воду и именно это породило живучие слухи, что Бартоломью Робертс спасся, добравшись до берега, и когда-нибудь появится вновь, во главе новой, ещё более ужасной "Королевской добычи".

Виктор БУМАГИН

#радуга#бумагин#пираты#корабли

cnНА ГЛАВНУЮcnГАЗЕТА РАДУГАcnК СПИСКУ cnВ НАЧАЛО

Рейтинг@Mail.ruЯндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru