"Великий Восток" и другие Или История Франции как заговор

Один из ведущих французских бизнесменов и одновременно масонов как-то раз в неформальной обстановке откровенно высказался: "Мы любим свой народ, но это ужасное стадо. Если кто-то захочет серьёзно влиять на нашу политическую или экономическую жизнь, мы или почти ничего ему не позволим, или он должен стать масоном". А Гроссмейстер "Великой Ложи Франции" Мишель Бара на встрече руководителей масонских орденов в редакции газеты "Фигаро", которая была посвящена 275-летию французского масонства, патетически произнёс: "Вопросы, стоящие перед нами сегодня, не очень отличаются от тех, что вставали в XVIII веке. Мы продолжаем думать и говорить, что республика Духа ещё возможна".

Британские конспирологи считают, что первая масонская ложа во Франции была основана в марте 1688 года королевским пехотным ирландским полком, сопровождавшим английского короля Якова II в его изгнании на континент. Однако сами французы предпочитают считать, что масоны появились у них в первой половине XVIII века вместе с модой на всё английское. В 1717 году во Франции была создана "Великая Лондонская ложа" В 1726 году Чарльз Рэдклифф основал шотландскую ложу под названием "Ложа святого Томаса", названную так в честь канонизированного канцлера Томаса Беккета, которому поклонялись сторонники Стюартов. Однако вторая вскоре раскололась и слилась с первой. К 1742 году во Франции было уже около двухсот масонских лож.

Через некоторое время у французских масонов началась череда расколов и шатаний, длившаяся до 1773 года, когда был создан "Великий Восток Франции" - атеистическая масонская ложа, не признающая существования Бога хотя бы в виде Великого Архитектора Вселенной и занятая преимущественно решением политических вопросов. "Великий Восток Франции" принял следующую организационную структуру: в его руководство, помимо Гроссмейстера и Венераблей лож, входили Генеральный Администратор и Великий смотритель. Администрация "Великого Востока" состояла из трёх палат: Административной, Парижской и Палаты провинций. В эти палаты, заседавшие один раз в неделю, входили так называемые офицеры на службе. Позже в них стали входить и масоны, не являющиеся офицерами Ордена. Рассмотрение решений, принятых палатами, осуществлялось Советом Ложи, а их утверждение - регулярно собиравшейся ассамблеей.

Для окружающих масоны демонстрировали свою верность королю и религиозность. Если Людовик XVI заболевал, ложи молились о его выздоровлении. Они заказывали молебны по поводу благополучного окончания Семилетней войны. Когда у Людовика XVI родился наследник престола, ложи вновь поспешили ознаменовать это событие торжественными молебнами и благотворительными акциями. Королева Мария-Антуанетта в феврале 1771 года писала своей сестре Марии-Каролине: "Мне кажется, вы придаёте слишком много значения масонству во Франции... Я понимаю, что можно было бы опасаться распространения масонства, если бы это было тайным политическим сообществом, а ведь это общество существует только для благотворительности и для развлечений; там много едят, пьют, рассуждают, поют, а король говорит, что люди, которые пьют и поют, не могут быть заговорщиками. Также нельзя масонство называть обществом убеждённых безбожников, ибо я слышала, там постоянно говорят о Боге". Но масоны были далеко не так безобидны, как это поначалу казалось. Спустя девять лет королева рассуждала совершенно иначе.

Масонство было тайным вдохновителем и в известной степени руководителем революционного движения 1789 года. Оно выработало принципы революции, распространило их в массах и активно содействовало их осуществлению. Предреволюционный Париж буквально кишел масонами и подстрекателями, которые сыпали деньгами направо и налево.

Людовик XVI отнюдь не был деспотом. Экономическое положение в стране при нём улучшалось, промышленность развивалась. Франции принадлежала половина денег, находившихся в обращении во всей Европе. Король не покровительствовал аристократии, отдавая предпочтение третьему сословию. Для народа открывались школы и больницы. Историки отмечают, что в лице Людовика XVI народ видел своего покровителя. При нём возобновил работу в своём старом составе Парижский парламент. Следующим шагом реформ стал созыв Генеральных штатов. Он то и оказался роковой ошибкой.

Депутаты разных сословий так и не нашли общего языка. Дерзость некоторых из них была чрезмерной, и король вынужден был стянуть к Версалю войска. 12 июля 1789 года министр финансов Жак Неккер, чей доклад произвёл на депутатов неблагоприятное впечатление, подал в отставку и уехал в Брюссель. На следующий день крики о свободе, равенстве и братстве были вынесены из масонских лож на улицы, после чего вооружённой толпой были разграблены Арсенал, Дом инвалидов и городская ратуша. А 14 июля свершилось взятие Бастилии.

Восставший народ, по большей части в лице алкоголиков, кабацких героев, бродяг, проституток и прочих санкюлотов, предводительствуемых масонскими агитаторами, подошёл к крепости и предложил открыть ворота. Гарнизон Бастилии состоял из 82 инвалидов и 32 швейцарцев при 13 пушках. После некоторых колебаний они подняли белый флаг. Огромная толпа восставших ворвалась во внутренний двор крепости. Здесь не обошлось без жертв, и несколько офицеров и солдат были повешены. Коменданту крепости маркизу де Лонэ голодранцы отрубили голову и насадили её на пику. В камерах повстанцы нашли всего лишь семь узников, томившихся в цитадели "кровавого деспотизма короля". Все они были государственными преступниками и проходили по уголовным делам. Среди заключённых было четыре фальшивомонетчика, два сумасшедших и некий граф, брошенный в тюрьму по настоянию его семьи. Впрочем, парижская чернь никого освобождать и не рвалась. Восставшие жаждали поживиться роскошными продовольственными запасами крепости, что им вполне и удалось. На заключённых же они набрели скорее случайно.

Вслед за этим, а то и одновременно последовал взрыв народного негодования по всей стране. При этом масоны зачастую поднимали крестьян на погромы домов и замков аристократов именем короля-реформатора. В дальнейшем, как порой считают историки, масоны держали под своим контролем весь ход французской революции и наполеоновских войн. Не исключено, что долгое время роль масонского "серого кардинала" играл Жан-Жак-Режи де Камбасерес, сменивший множество государственных должностей, чьим "личным творением" был сам Наполеон Бонапарт. Весьма вероятным считается, что не столько Наполеон использовал Камбасереса для контроля над французскими масонами, сколько Камбасерес был главным инструментом масонского влияния на императора. Когда же Бонапарт стал излишне самостоятелен и стал узурпировать власть, масоны сочли за благо пойти на реставрацию Бурбонов. При этом французские масоны охотно сотрудничали с масонами из состава русских, британских и германских войск.

Восстановленный на престоле после битвы при Ватерлоо Людовик XVIII царствовал до 1824 года. После его смерти от жесточайшей подагры на престол взошёл его брат, граф д`Артуа, превратившийся в короля Карла Х. Его многие считали признанным главой французской реакции. Масоны из "Великого Востока", дабы развеять подозрительность монарха, торжественно освятили его бюст, который, окружённый масонскими знамёнами, был поставлен посреди "храма". После этого председатель собрания обратился к бюсту с помпезной речью: "Карл Х! Масоны "Великого Востока Франции", утирая слезу о незабвенном Людовике XVIII, собрались вокруг твоего бюста, чтобы воздать тебе то, что каждый истинный француз обязан по отношению к своему государю. От имени братьев возлагаю на тебя сей венец, и при этом мы присягаем тебе на неизменную верность!" После этого собрание трижды прокричало: "Да здравствует король!" Однако пока одни члены масонского братства пели гимны новому королю, другие уже начали работу над свежим проектом свержения монархии.

Проект этот был претворён в жизнь в 1830 году. Карл Х имел неосторожность сделать премьер-министром Жюля де Полиньяка - человека умного и компетентного, но крайне непопулярного в народе. Общественное недовольство находило своё выражение в прессе, среди которой только оппозиционные газеты имели действительное распространение и влияние. Тюрьмы и штрафы на редакторов и авторов не действовали. 25 июля 1830 года, следуя рекомендациям де Полиньяка, король подписал четыре ордонанса, которыми восстанавливалась цензура, и для издания газет и журналов требовалось предварительное разрешение властей, даваемое каждый раз на три месяца. Кроме того, в очередной раз распускалась Палата депутатов, изменялось избирательное право и назначалось время для новых выборов.

Париж взорвался от негодования. 26 июля редакция оппозиционной газеты "Насьональ" опубликовала протест против ордонансов, доказывая, что правительство нарушило законность и этим освободило народ от обязанности повиновения. На следующий день в Париже начались столкновения между возбуждёнными толпами народа и войсками. На улицах появились баррикады. Солдаты дрались крайне неохотно и во многих местах целыми отрядами переходили на сторону восставшего народа. 29 июля восстание победило. Парижане с боем овладели дворцом Тюильри. Карл Х решил взять назад свои ордонансы, но было уже поздно. Либеральные депутаты образовали так называемую Муниципальную комиссию, которая, по сути, и стала временным правительством.

Новым королём масоны сделали Луи-Филиппа Орлеанского. Между прочим, сына Гроссмейстера "Великого Востока Франции" герцога Орлеанского. Луи-Филипп исправно играл роль короля-гражданина: он запросто разгуливал по улицам Парижа с зонтиком под мышкой и при встрече с тем или иным блузником - воином дней Июльской революции, останавливался, ласково протягивал руку и простодушно разговаривал с ним, как настоящий французский буржуа. Король-гражданин сам был масоном и потому всё время теснил христианство и нарушал права католической церкви. Когда в январе 1848 года Парижский архиепископ напомнил Луи-Филиппу о законных правах Церкви, король вспылил и закричал: "Ваше преосвященство, не забывайте, что не раз архиепископы лишались своих митр!" На что архиепископ парировал: "Вспомните, Государь, что ещё чаще монархи лишались своих престолов". Через шесть недель Луи-Филипп был свергнут, но отнюдь не католиками, а своей же масонской братией.

На сей раз камнем преткновения послужили требования депутатов распространить избирательное право на всех налогоплательщиков. Происходило это на фоне экономического кризиса, сопровождавшегося массовыми банкротствами, увольнениями и ростом безработицы. Летом 1847 года зародилась так называемая банкетная кампания: чтобы пропагандировать реформу избирательного права и при этом обойти строгие запреты союзов и собраний, сначала в Париже, а затем и в крупных провинциальных городах стали организовываться званые обеды. 21 февраля 1848 года разъярённый премьер-министр Гизо запретил очередной такой банкет, назначенный в Париже. Этот пустячок и послужил толчком к началу революции.

Под вечер следующего дня на улицах стали собираться толпы горожан и под пение "Марсельезы" строить баррикады. В течение 23 февраля крики "Долой Гизо!" и "Да здравствуют реформы!" становились всё громче, а в толпах народа появились вооружённые люди. Мобилизованная Национальная гвардия, вопреки ожиданиям власть предержащих, начала брататься с населением. И тогда король-гражданин принял отставку Франсуа Гизо. Парижане ликовали. Повсюду вместо грозных восклицаний слышались весёлые разговоры и смех. Но тут на беду случился досадный инцидент. У здания министерства иностранных дел караул линейной пехоты открыл огонь по собравшимся. Народ вновь охватило негодование. В тот же вечер улицы французской столицы перегородило до полутора тысяч баррикад. Луи-Филипп пытался сохранить престол для Орлеанского дома путём собственного отречения от власти, но из этой затеи ничего не вышло. Вместе с Гизо ему пришлось бежать в Великобританию.

В ноябре 1848 года была провозглашена Конституция, согласно которой во главе государства должен был стоять президент. Таковым через месяц избрали племянника Наполеона, Луи-Наполеона Бонапарта, бывшего итальянского карбонария. Ситуация во многом была парадоксальной: Конституция была написана масонами, но они же подталкивали Луи-Наполеона к идее стать императором. Что он и проделал, последовательно распустив Законодательное собрание и Государственный совет, отдав под арест 30 тысяч недовольных и проведя "всенародный референдум", на котором 7,8 миллионов французов высказались "за" установление империи при 0,25 миллионов "против". 2 декабря 1852 года президент стал императором Наполеоном III.

Долго ли, скоро ли, но пришла пора для новой революции. Как бывший член тайного политического сообщества, Наполеон III был хорошо знаком с их "кухней", и поэтому масонам приходилось много маневрировать. Пока император не совершил свою роковую ошибку, ввязавшись в войну с Пруссией. В июле 1870 года Наполеон III отбыл в действующую армию, возложив регентство на империатрицу Евгению. Вместе с группировкой войск под командованием маршала Мак-Магона он был окружён в городе Седан и 2 сентября сдался на милость победителей.

В дни Парижской коммуны шесть тысяч масонов отправились вместе с народом сражаться на баррикады. Но и среди душителей революции тоже было не мало масонов. Видимо, это было проявлением каких-то внутримасонских противоречий, но, в любом случае, заветные мечты масонства сбылись. Франция вновь стала республикой, а церковь была отделена от государства. В дальнейшем во главе правительства и государства в период Третьей республики масонами были премьер-министры Леон Гамбетта, Жюль Ферри и Эмиль Комб. Президент Поль Думер (1931-32 гг.) был Венераблем масонской ложи "Вольтер" и членом Совета "Великого Востока Франции", а президент Феликс Фор (1895-99 гг.) - членом гаврской масонской ложи "Приветливость". Жак Бидегам, одно время бывший секретарём "Великого Востока", по этому поводу пишет: "Ни один государственный строй никогда не был таким таинственным, как эта Третья республика. Учреждения, служащие ей фасадом, суть лишь лживые декорации, за которыми происходят вещи, неизвестные толпе".

С тех пор вряд ли что-то существенно изменилось. В 1871 году во Франции было порядка 24000 масонов. Приблизительно 6000 из них принадлежало к ложам шотландского обряда, остальные - преимущественно к "Великому Востоку". В 1936 году их было уже 60 тысяч. Оправившись от потрясений Второй Мировой войны, связанных с деятельностью Антимасонского комитета, "дети вдовы" вновь начали набирать силу. По состоянию на 2003 год в самой галантной стране мира их насчитывалось 133 тысячи, из которых 44 тысячи приходилось на "Великий Восток Франции" и 31 тысяча - на "Великую Национальную Французскую Ложу". По своему характеру тоже во многом атеистическую. 2 сентября 2005 года новым Гроссмейстером "Великого Востока Франции" стал 52-летний парижский адвокат Жан-Мишель Кийярде. В момент его вступления на место Гроссмейстера "Великий Восток" насчитывал уже 47000 братьев-масонов, а бюджет организации, по данным журнала "Экспресс", превышал 10 миллионов евро.

"Стук-стук-стук" - стучат масоны молотками. Что они готовят на этот раз?

Виктор БУМАГИН

#радуга#бумагин#масон#франция

cnНА ГЛАВНУЮcnГАЗЕТА РАДУГАcnК СПИСКУ cnВ НАЧАЛО

Рейтинг@Mail.ruЯндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru