Фемистокл: жизнь ради моря

Фемистокл: жизнь ради моряАфинский флотоводец и государственный деятель Фемистокл, разумеется, в первую очередь известен благодаря своей победе над персидским флотом в битве при Саламине. Древнегреческий историк Фукидид писал о Фемистокле, что тот "был чрезвычайно одарён от природы и заслуживает в этом отношении как никто другой величайшего удивления... Отличаясь выдающейся остротой ума, он был величайшим мастером быстро разбираться и принимать решения в непредвиденных обстоятельствах текущего момента и, кроме того, обладал исключительной способностью предвидеть события даже отдалённого будущего. За что бы он ни брался, всегда у него находились подходящие слова и выражения, чтобы объяснить другим свои действия, и даже в той области, с которой он непосредственно не соприкасался, умел тотчас найти здравое суждение. По ничтожным признакам событий Фемистокл прозревал, предвещают ли они что-либо хорошее или плохое. Короче говоря, это был человек, которому его гений и быстрота соображения сразу же подсказывали наилучший образ действия".

Триеры вместо серебра

Ещё в молодости Фемистокл провозгласил, что будущее Афин зиждется только на морях и только в грядущем морском могуществе. Он не уставал повторять, что Афинам нужен огромный и сильный флот. На вопрос об источнике финансирования для такого грандиозного строительства он отвечал согражданам: "Мы делим между собой доход от Лаврийских серебряных рудников. Откажемся от дележа, а на серебро выстроим себе сотни и сотни триер! Будет у нас торговый флот, будут и деньги! От врагов же нас спасут не каменные стены города, а деревянные борта наших триер!" И в конце концов большинство афинян после некоторых колебаний проголосовало за смелое предложение юного Фемистокла.

Всё началось с постройки сотни триер. Затем на афинских верфях началась массовая постройка знаменитых самосских самен - судов с обрубленными носами в виде свиного рыла, пузатых и глубокосидящих. Такие торговые суда были быстроходны и поднимали большие грузы. На берегу Пирейской бухты были выстроены тщательно охраняемые обширные мастерские и зимние ангары для готовой продукции. Для мастерских были закуплены искусные рабы-плотники. Во главе строительства поставили мастера Аминокла из Коринфа, которому Фемистокл всецело доверял.

Масштабы и темпы кораблестроительных работ были беспрецедентны! В одной мастерской делали мачты и кили, в другой - вёсла, в третьей - палубы и обшивные доски. Такого судостроительная практика античности ещё не знала! Фемистокл первым стал стандартизировать кораблестроение, и все его суда были совершенно одинаковыми и их можно было собрать за несколько дней. Любые же боевые повреждения можно было исправить в кратчайшие сроки. Для этого все заготовки делались наперёд с большим запасом, а затем тщательно хранились на складах. Для судостроения древности это была настоящая техническая революция!

Несколько лет назад историки сделали ещё одно любопытное открытие. На одной из древнеафинских ваз они обратили внимание на гребцов, которые были выгравированы в различных позах, которые демонстрировали цикл гребка веслом в различных его стадиях. Позы гребцов показались учёными несколько странными, и они обратились за консультацией к специалистам по гребле. Каково же было всеобщее удивление, когда при изучении рисунков выяснилось, что во флоте Фемистокла использовали одно из самых современных достижений академической гребли - специальные салазки, скользя на которых гребцы перемещаются при гребке вперёд и назад, распределяя тем самым нагрузку не только на руки, но и на спину и ноги. Вместо салазок афиняне, правда, использовали мешочки, пропитанные оливковым маслом, которые гребцы привязывали к ягодицам. Но принцип был тот же самый. Это изобретение Фемистокла обеспечивало увеличение скорости хода триер раза в полтора, а также возможность гораздо большее время держать максимальную скорость за счёт более рационального расходования сил гребцами.

Саламин

В 480 г. до н. э. в Грецию, желая смыть позор от поражения при Марафоне своего отца Дария, с бесчисленными полчищами вторгся персидский царь Ксеркс. Один лишь флот его насчитывал 1200 галер и порядка 3000 "30-вёсельных, 50-вёсельных кораблей, лёгких судов и длинных грузовых судов для перевозки лошадей". Но флот этот был весьма разнороден, разноязычен, наспех собран и плохо сплаван и организован. К тому же во время стоянки у мыса Сепиада в Магнесийской области персидский флот попал в сильнейшую трёхдневную бурю, утопившую свыше 400 кораблей. Греки же, поняв по местным признакам, что надвигается ураган, переждали его в укромной бухте.

Зная о потерях, понесённых персами от непогоды, эллины решились дать морской бой у мыса Артемисий и острова Эвбея. 300 триер неожиданно атаковали значительно более многочисленный флот Ксеркса и, выстроившись в круг с обращёнными наружу носами с медными таранами, выдерживали атаки превосходящих сил персов, поражённых дерзостью греков. В какой-то момент, следуя поданному звуковому сигналу, греческие триеры столь же внезапно отошли, успев заметно потрепать персидские корабли. Когда же через несколько дней к эллинам подошли их основные силы, и число триер стало достигать 450, они решили дать ещё одно сражение у Артемисия. Впрочем, на этот раз персы, начавшие приобретать драгоценный боевой опыт, дрались ожесточённо и упорно, и морская баталия, продлившись до захода солнца, закончилась боевой ничьей. Потери эллинов на сей раз были весьма значительны.

В тот же день пришла весть о трагической гибели войска спартанского царя Леонида в Фермопильском проходе. Фемистокл и формально командовавший объединённым греческим флотом спартанец Еврибиад решили отводить флот к острову Саламин, находящемуся близ Афин. Едва триеры бросили свои камни-якоря на дно, морские стратиги съехали на берег узнать последние новости. Они были неутешительны. Персидские полчища уже растеклись по всей Аттике и быстро продвигались к Афинам. Спартанцы спешно укрепляли проходы на собственный полуостров Пелопонесс, особенно не заботясь о судьбе остальной Греции. В этой трагической ситуации Фемистокл счёл за благо настоять на эвакуации афинян на Саламин.

Вряд ли можно сказать, что в лагере греков на Саламине царило единодушие. Многие помышляли о бегстве, но в решающий день эллинский флот всё-таки вышел, чтобы сразиться с завоевателями. Персидский флот занял всё пространство от острова до материка. Казалось, целый лес мачт заполнил море. Толпившиеся на палубах воины, которые, кстати, в отличие от греков в большинстве своём не умели плавать, создавали впечатление несокрушимой силы. Греки смело атаковали эту армаду, за действиями которой Ксеркс следил с установленного на прибрежной горе драгоценного трона. От своих разноплеменных подданных он ждал только победы. Но натиск эллинов был столь силён, что передние корабли персов стали отступать, а напиравшие сзади сталкивались с ними. Местами сражение имело самый ожесточённый характер, но в целом персидский флот оказался сначала во власти охватившего его беспорядка, который затем перерос в паническое бегство. Ломая друг другу вёсла, персидские корабли спешили отойти в открытое море. Потери их были огромны.

Последняя чаша

Ксеркс распорядился отступить из Греции, впрочем, оставив там трёхсоттысячное войско для ведения боевых действий на суше. Сокрушить его удалось лишь после совместного выступления афинян и спартанцев в битве при Платеях. Греческие стратиги долго выясняли между собой, кто же внёс решающий вклад в победу при Саламине, но народ нисколько не сомневался, что главный герой сражения - это Фемистокл. Через несколько лет после памятной битвы он посетил очередные Олимпийские игры. Многочисленные зрители, позабыв о спортсменах, всё время чествовали его аплодисментами. Приблизиельно в то же время по предложению Фемистокла афиняне соединили свой город с портом Пирей длинными стенами, что позволило не терять связь с морем даже во время осады.

Но слава земная приходит и уходит. Слишком много стало в Афинах злопыхателей и завистников, твердивших, что Фемистокл вознёсся слишком высоко. И пришёл тот день, когда горожане подвергли прежнего любимца остракизму и изгнали из Афин. Тот долго скитался по странам Средиземноморья, пока не оказался в персидских владениях. Ксеркс сделал бывшего афинского наварха наместником провинции Магнесия и поручил построить флот, не менее могущественный, чем афинский. Столь же могущественного флота Фемистокл так и не создал или не хотел создать, но был осыпаем милостями бывшего врага. Пока не настал тот день, когда старый флотоводец должен был решить идти ли на своих соотечественников войной или найти иной путь.

И тогда Фемистокл созвал на последний пир друзей и врагов. Старик лично заколол чёрного жертвенного быка: сладкий дым - богам, жареное мясо - людям. Шумно гомонящие гости разлеглись у обильных столов. Когда все смолкли, он наполнил до краёв чашу вином "Друзья мои, - сказал он. - Пришёл час, когда я должен проститься с вами. Я сам назначил его себе! Ибо не могу вернуться домой захватчиком! А потому прощайте и возрадуйтесь за меня!" Старик залпом опустошил свою чашу, ноги его подкосились, и он замертво рухнул на заставленный яствами стол.

Виктор БУМАГИН

#радуга#бумагин#фемистокл#море

cnНА ГЛАВНУЮcnГАЗЕТА РАДУГАcnК СПИСКУ cnВ НАЧАЛО

Рейтинг@Mail.ruЯндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru