Загробный союз писателей

Загробный союз писателейЖительница Волгограда получает тексты умерших литераторов

Автоматическим письмом (психографией) называется феномен получения письменной информации, появляющейся с помощью руки человека, находящегося в состоянии транса. По мнению парапсихологов, психография - один из способов, каким выходят на связь с нами обитатели потустороннего мира. Природа явления в полной мере не изучена, хотя версий и гипотез выдвинуто немало.

Из "Энциклопедии таинственных явлений".

На связи "тот свет"

На днях мне пришла любопытная весть из Санкт-Петербурга: небольшая по объему книга волгоградки Эллины Глазуновой под рабочим названием "Секретарь Салона потусторонних писателей" подготовлена к печати и, скорее всего, осенью поступит к читателям. Издатели попросили меня написать вступление к книге, зная, что более семнадцати лет я исследую феноменальные способности Эллины и в курсе самых разных проявлений ее таланта. Она не перестает удивлять меня и по сию пору.

В свое время Эллина Борисовна окончила Волгоградский институт искусств по отделению режиссуры, много лет возглавляла культурно-массовый сектор Городищенского Дворца культуры, а сейчас стала заместителем директора ДК. Знаю, что ею гордится и коллектив, и жители поселка Городище: столько энтузиазма, идей, души вкладывает в свою работу эта красивая женщина. Однако ситуация с продиктованными Эллине с "того света" текстами весьма неординарна и заслуживает отдельного разговора.

Первые диктовки она получила в начале 90-х годов прошлого столетия, когда вслед за текстами "Михаила Булгакова" Эллина стала записывать стихи убитого незадолго до этого поэта и певца "Игоря Талькова". Я пока намеренно беру эти имена в кавычки, поскольку явных доказательств, что это именно они, у нас, естественно, нет. Хотя, к примеру, обширный фрагмент из продолжения романа "Мастер и Маргарита", продиктованный Михаилом Афанасьевичем или, вернее, его душой, по всем признакам напоминает творческую манеру знаменитого писателя. Да и Тальков легко узнаваем по стилю стихотворений. Как шли послания? Первое было особенно памятным.

- Я сидела, задумавшись, с ручкой над белым листом бумаги, сочиняя сценарий детского праздника ко дню Октябрьской революции, как вдруг рука сама дернулась и вывела слово "Оверест", - вспоминает Эллина. - Так завязался диалог с неким посредником из потустороннего мира, который мог обеспечивать контакты с самыми разными людьми на "той" стороне. Позже Оверест "связал" меня с прабабушкой Евдокией, сообщившей удивительную весть о том, что я как две капли воды похожа на ее двоюродную сестру Оксану, утонувшую в девичестве от несчастной любви. Однако я об Оксане ничего не знала...

Зато это сообщение повергло в шок маму Эллины Розу Константиновну, которая помнила о давней семейной трагедии, но никогда не говорила об этом при дочери. Очередные вопросы позволяли сделать твердое заключение - с ними действительно общается сама баба Дуня! Ведь только она могла знать некоторые подробности их семейной жизни и родства!..

Позже это заставляло Эллину серьезнее отнестись и к диктовкам ушедших писателей. А что если они на самом деле выходят на нее из своего далёка, а мы, по своему незнанию и дремучести, открещиваемся от них, не верим в такую вероятность? Эллина с интересом и ответственностью стала записывать то, что ей диктовали извне.

"Мы все здесь живые!.."

Потом в наш мир прорывались "оттуда" через Эллину "Александр Пушкин", "Сергей Есенин", "Антоний Погорельский", "Маяковский", "Циолковский" и другие. Когда одна из волгоградских журналисток шутливо назвала Эллину "секретарем потустороннего союза писателей", создалось впечатление, что эта шутка очень понравилась в Зазеркалье, и передать через волгоградку свои новые произведения выстроилась целая очередь из умерших писателей. Среди них Александр Грин, Александр Твардовский, Виктор Цой, Михаил Шолохов, Денис Давыдов - всего на сегодняшний день мы насчитали 17 авторов.

Конечно, каждый факт трансляции художественных произведений, которые диктуются из Тонкого мира нашими бывшими согражданами, заслуживает соответствующих исследований, и я обращался с этими просьбами к специалистам, однако быстро убедился, насколько сильны предубеждения не столько к стилю почивших авторов, но, главным образом, к самой возможности жизни после смерти. Никто не верил, что поэму "Пушкин на том свете" написал сам Александр Сергеевич, а фрагмент поэмы "Теркин на гражданке" - Твардовский. Главное возражение - "этого не может быть, потому что не может быть никогда!"

- Эпигоны, подделка, жалкое подражательство! - сыпались "заключения", будто на "том свете" все только и жаждут, чтобы с неимоверной легкостью подделываться под великих и дурить нашего брата.

А на деле филологи отказывали не столько авторам, сколько самой возможности продолжения жизни и творчества за "последней чертой". Представляю, какой будет сюрприз для многих из них, когда они окажутся там!.. "Мы все здесь живые!" - сообщил недавно голос с того света, записанный на магнитофон российскими исследователями Артемом Михеевым и Вадимом Свитневым. Питерские ученые с помощью инструментальной транскоммуникации осуществили подлинный прорыв - организовали достаточно устойчивую связь с потусторонним миром, но Нобелевка им, кажется, не грозит. Как ни печально, их не слышат прежде всего свои коллеги по науке.

Но кто же в действительности водит рукой принимающего автоматическое письмо? Могут ли перечисленные в книге писатели с их фрагментами текстов быть к этому причастны? На мой взгляд, этот вопрос в первую очередь упирается в другой: "Умирает ли душа человека после смерти его физического тела?" Нас всех учили в школах и вузах, что разум - это функция мозга, и, соответственно, в случае смерти человека умирает его сознание. Однако, похоже, это не так, и надо привыкать к иной, весьма оптимистичной мысли: мы вечны, и жизнь души в тонкоматериальном мире продолжается! Более того, она не менее интересна, чем здесь!..

Опыты показывают, что связь с потусторонним миром реальна, и доказательства этому вполне объективные и веские. Возьмите труды А. Кардена, Ф. Майерса и Р. Ходжстона, Р. Моуди и М. Ньютона, других исследователей.

Примером такой связи с тем светом может быть книга "Письма Живого Усопшего", продиктованная Эльзе Баркер в 1914-1918 годах, которая дает, по словам Е.Рерих, "наиболее достоверное описание потустороннего мира". В книге очерчены условия жизни, красоты и опасности Тонкого мира. Кто еще не читал - поинтересуйтесь, не пожалеете...

Тайна книги Михаила Шолохова

- Отрывок, "пришедший" ко мне в один из душных летних вечеров, поразил меня, - вспоминает Эллина. - Обычно вещички "надиктовывались" либо автобиографические, либо в целях какой-то своеобразной экспертизы, чтобы узнали по стилю, по словам и т.д. А тут более чем серьезная тема и явное ощущение того, что этот отрывок существовал ранее, вот только по каким-то причинам не был опубликован. Содержание отрывка говорило о том, что на "связи" со мной сам М.А. Шолохов.

Я тоже видел эти четыре с половиной страницы убористого Эллининого почерка, исписанные второпях, с недостающей пунктуацией... Неужели сам Шолохов? И лишь окончание отрывка вызывало догадку, почему не был дописан последний роман Михаила Александровича "Они сражались за Родину". Герои книги... попадали в плен!..

А ведь это никакой не перебор писателя, не для лихости закрученный сюжет - так оно и было в те трагические дни, когда советские войска отступали на всем протяжении от Днепра до Волги. И были пленения, были прорывы и смерть повсюду...

Вот часть отрывка из недописанной книги "Они сражались за родину":

"...Хороши вы, донские степи, предзакатной порой, когда, истомленные от палящего летнего солнца, засыпаете под легкое дуновение ветра, несущего за собой разухабистую, звонкую песню из ближайшей станицы! Но нынче не песня убаюкивает вас, а отдаленный грохот канонады и яркие всполохи, похожие на грозовые зарницы.

- "Утомленное солнце нежно с морем прощалось..." - сквозь зубы пробормотал Лопахин, устраиваясь на ночлег рядом с лежавшим у стены Копытовским, безмолвно глядящем в рваную дыру, зиявшую в ветхом потолке.

"Военные действия на территории противника", мать их! - зло подумал Лопахин, поглаживая саднящую раненную руку. - Где же эта территория? Бежим, как крысы, с собственной земли!"

Он вспомнил утреннюю встречу со старым безногим казаком и застонал. Застонал не от боли, а от той безысходности, которая терзала его душу все эти дни.

- Не спишь, что ли, Лопахин? - ткнул его локтем в спину Копытовский.

- Сплю.

- Не спишь. Я же слышу. Рука ноет?

- Душа у меня, Сашка, ноет, вот что! И самое досадное, что ничего изменить нельзя. Но ничего, завтра...

- Если еще один такой налет, завтра мы с тобой, Лопахин, видимо, найдем вечное пристанище на небесах. И, думаю, это нам еще сильно повезет, потому как...

- Да прикройтесь вы там! Спать не даете! - раздался хриплый недовольный голос из темного угла хаты.

Копытовский ненадолго замолчал, а потом продолжил, понизив голос до свистящего шепота:

- "Спать не даете!" Намерил себе на сто лет. А что завтра будет? Накроют нас, как миленьких, с воздуха или просто перещелкают, как мух, из автоматов. И прощай геройски погибший красноармеец Александр Копытовский, только осенний дождик прольет свои холодные слезы над твоей безымянной могилой!

Копытовский всхлипнул. Прижимая к себе раненую руку, Лопахин осторожно перевернулся на спину, скосил глаза на мертвенно-бледный профиль друга, недобро усмехнулся.

- И жалеешь же ты себя, Сашка...

- А кто же меня еще пожалеет? От тебя жалости не дождешься: все норовишь какую-нибудь гадость сказать, вроде той, что у переправы... Тебе - хихоньки, а у меня душа в пятки.

- Штаны не утяжелились?

- Штаны не утяжелились, врать не буду, а вот, что шутки у тебя идиотские, это факт. И неизвестно, чем бы все обернулось, не заметь я вовремя переправу. Разрыв сердца и все - нет человека...

- Прежде всего, ты боец! А ты распускаешь тут сопли, сеешь пораженческие настроения!

- Ничего я не сею, - обиделся Копытовский, - а то, что наша песенка спета, ты, Лопахин, понимаешь очень хорошо, вот только самому себе боишься признаться в этом. И вообще, бросить все к черту и податься к какой-нибудь смазливенькой бабенке...

- Устал, отвоевался? - прошипел Лопахин. - К бабе под теплый бочок захотел? Значит, пусть другие гибнут, кровь проливают, а ты в это время на мягкую перину щи с мясом трескать?

- Имею полное право! Как тебе, так можно к молодкам здешним подкатывать!

- Так я для общего дела и о дезертирстве не думал. Моя бы воля - прямо сейчас тебя к стенке...

На кровати под окном застонал раненый старшина. Лопахин приподнялся на локте, тревожно посмотрел на Копытовского. Тот, пожав плечами, тяжело вздохнул.

Прохрипев слова какой-то команды, раненый успокоился, затих.

- Вот видишь, а ты говоришь... - вновь зашипел Копытовский. - Окружат завтра нас фрицы, а нас-то по пальцам можно пересчитать, и то: у того - рука, у того - нога, старшина вообще.... А отстреливаться чем? У меня, например, патронов с десяток осталось.... Даже естественным карабином не отстреляешься - третьи сутки не жравши! И ты это отлично понимаешь, Лопахин, вот только из-за упрямства своего твердишь обратное.

Лопахин понимал. Ему было искренне жаль Сашку, затеявшего этот бессмысленный трёп, только ради того, чтобы побороть голод и собственное бессилие, бессилие перед надвигающимся неизбежным.

- Ладно. Давай спать, - миролюбиво проговорил Лопахин, закрывая глаза.

- Давай, - вздохнул Копытовский. - Вот только скажи. На кой черт нам сейчас высыпаться, если на следующий день какой-нибудь Ганс устроит нам вечный отдых посреди этих бескрайних степей?

Постепенно сон брал свое, и навязчивое бормотание Копытовского звучало все тише и тише, а на смену ему пришли оглушающие взрывы, грохот орудий и режущий ухо, словно острое лезвие бритвы, надрывный вой пролетающей "рамы". Всплыли лица идущих в атаку товарищей, окровавленная голова лейтенанта Кочетыгова и полный бидон холодного парного молока. Лопахин жадно припал губами к скользкому краю бидона и пил, пил, пил, не чувствуя утоления жажды. "Нет, так не годится. А как же все? Ведь они ночуют в пустой хате, жители покинули хутор... Голодные ребята... А старшина? Раненый он... Надо бы ему..." Но оторваться от бидона было выше его сил. И он пил, пил, пил...

- Эй, Лопахин! Слышь, ты? Вставай! Вставай!

Кто-то резко потряс его за плечо. Не отрываясь от бидона, Он промычал что-то невразумительное.

- Вставай! Немцы!

Пересилив себя, он поднял голову, веки, словно каменные, не хотели открываться и тянули голову вновь к прохладному бидону. Сильный удар в плечо заставил его выронить свою ношу. Молоко разлилось по выжженной солнцем траве.

"Эх, жалко, ребятам не досталось!" - подумал Лопахин и... проснулся.

Над ним склонилось искаженное гримасой ужаса лицо Копытовского.

- Немцы! Немцы!

Плохо соображая, Лопахин завертел головой. Паники не было. Уставшие бойцы сидели, плотно прижавшись, друг к другу. На их лицах не было страха, скорее всего - безразличие. Безразличие и покорность судьбе.

Лопахин перевел взгляд на кровать. Старшина лежал вытянувшись, черты его лица заострились, само лицо помолодело, словно он скинул десяток лет.

За стенами слышался рев моторов, короткие автоматные очереди, картавая каркающая речь.

В заброшенный хутор входили немцы..."

Теперь-то кое-что становится понятным, и можно предположить, почему так и не дописался роман "Они сражались за Родину". Там, в продолжении, угадывалась такая страшная правда, такая боль и муки сражавшегося народа, что книга имела бы слишком опасную взрывную силу. Как и положено шолоховскому гению.

Известно, что в 1968 году Шолохов отослал в газету "Правда" новые главы романа. После прочтения опубликованных и отредактированных глав Шолохов замолчал как писатель навсегда. Он умер в 1984 году и перед смертью сжег все свои рукописи и архивы.

Надо понимать, историческая правда, к которой всегда тяготел Шолохов, не понравилась партийному руководству страны. Скорее всего, писателю "рекомендовали" не нарушать законы социалистического реализма... И книга, как она задумывалась, не была написана. А вот теперь из своего далека Шолохов, похоже, сумел приоткрыть завесу над тайной недописанного романа...

Будем благодарны за эту весть нам. Мне не хочется сейчас думать о мистификации - слишком серьезные вопросы, моральные, творческие, затронуты в этом небольшом отрывке. Я верю ушедшему писателю...

Геннадий БЕЛИМОВ.

#радуга#белимов#автописьмо#связь

cnНА ГЛАВНУЮcnГАЗЕТА РАДУГАcnК СПИСКУ cnВ НАЧАЛО

Рейтинг@Mail.ruЯндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru